Пластический хирург Александр Тимошенко: Сейчас люди стали ценить естественность  

«Вообще, я родился в Ереване, жил до 9 лет здесь, а потом мы переехали» — поделился Александр, пока мы с ним направлялись в кофейню, где за чашечкой кофе планировали провести нашу беседу. «Скажем так, у меня с Арменией связаны самые теплые детские воспоминания. Потом я уехал, но всегда чувствовал, что часть меня принадлежит этому месту».

И вот, усевшись друг напротив друга за небольшим столиком, мы продолжили наше уже начавшееся по дороге интервью. Первым делом я задала самый главный интересующий меня вопрос: как Александр смотрит на людей.

«Испытываешь ли профессиональную деформацию?».

«Нет такого, — уверенно отвечает он, — я понимаю твой вопрос: типа смотришь на человека и думаешь, вот ей бы нос поменять, а ему — подтяжку сделать. Но нет, абсолютно. Работа остаётся в стенах клиники. В повседневной жизни я просто наслаждаюсь общением, не задумываясь о таких вещах...». 

Пока наш разговор плавно переходил от темы к теме, Александр рассказал о своём пути в профессию. Как оказалось, его решение стать пластическим хирургом не было заранее спланированным, скорее - спонтанным.

«Я поступил в ординатуру по онкологии, — начинает он. — И в этой больнице работал мой учитель, который занимался пластической хирургией. В 2009 году у него так сложилось, что не было ассистента. Он предложил мне помочь, и я начал ассистировать. Так постепенно втянулся, и уже в процессе понял, что это — моё. Тогда я понял, как важно не просто исправлять физические недостатки, но и возвращать людям уверенность».

Когда мы заговорили о том, что сейчас востребовано в пластической хирургии, Александр отметил заметный тренд.

«Сейчас люди стали ценить естественность, — поясняет он. — Например, когда речь идёт о ринопластике, пациент хочет, чтобы нос не выглядел прооперированным, чтобы он гармонично смотрелся на лице. То же самое касается всех остальных операций. Люди хотят выглядеть лучше, но при этом оставаться собой». Он подчеркивает, что его подход — это индивидуальность и гармония, а не стремление следовать модным шаблонам.

Я не удержалась и спросила у него, почему тогда в Армении так часто можно встретить одинаковые черты у людей, сделавших пластические операции. Мы решили углубиться в эту тему.

«Это парадокс, — говорит он. — Мы замечаем только плохую работу. Хорошую ринопластику ты никогда не заметишь, особенно если ты не специалист. Но если, скажем, на кавказском типе лица делают славянский носик, это смотрится нелепо. Поэтому такие случаи и бросаются в глаза».

Я спросила, какие операции наиболее популярны среди его пациентов. Александр рассказал, что в Армении ринопластика явно лидирует, но есть и другие востребованные процедуры.

«Есть омолаживающие операции, — объясняет он. — Например, подтяжка лица или блефаропластика. Также популярны операции после беременности: восстановление груди, коррекция живота. Эти процедуры помогают женщинам вернуть не только форму, но и уверенность в себе». Он также упомянул, что иногда пациенты совмещают несколько операций: «Это называется симультанные операции, или комбинированные, как их ещё называют. Например, можно совмещать ринопластику и пластику груди. Но здесь важно не перегружать пациента. Мы обычно ограничиваемся двумя крупными операциями за раз. Это позволяет минимизировать риски и обеспечить более комфортное восстановление».

«Да, это интересно, — замечаю я. — А вот недавно я читала статью нью-йоркского хирурга, который утверждал, что в 2025 году спрос на пластическую хирургию снизится из-за появления новых трендов и технологий, таких как средства для похудения вроде Ozempic. Что думаешь на этот счёт?».

«Я так не считаю, — уверенно отвечает Александр. — В последние годы мы наблюдаем только рост. Каждый год количество операций увеличивается примерно на 10%. Ozempic, конечно, может повлиять на бариатрическую хирургию, где уменьшают желудок для снижения веса. Но на пластическую хирургию это вряд ли скажется. Люди хотят выглядеть лучше, и эта тенденция сохраняется. Более того, медицина становится всё безопаснее и менее травматичной. Новейшие технологии сокращают реабилитационный период, поэтому для многих это уже не кажется чем-то пугающим. У каждого есть знакомая или подруга, которая сделала операцию и теперь выглядит прекрасно. Это мотивирует других».

«А если человек сомневается, стоит ли ему делать операцию? Как ты консультируешь таких пациентов?».

«У меня есть правило, которое я всегда повторяю, — говорит он. — Если вы сомневаетесь, даже на 1%, не делайте операцию. Вы должны быть уверены на 150%. Это должно быть ваше осознанное решение. Вы должны точно понимать, чего хотите. Если сомнений нет, значит, вы готовы к изменениям. Если есть хоть тень неуверенности, лучше подождать. Бывает, пациенты возвращаются через год или два, когда окончательно принимают решение. Это нормально. Но я всегда настораживаюсь, если человек торопится и говорит: “Хочу прямо завтра”. В таких случаях я всегда советую подумать ещё раз». Он также поделился из личного опыта, что многие пациенты возвращаются через год или два после первой консультации, когда они окончательно принимают решение.

Я озвучила распространённое мнение о том, что пластическая хирургия стирает индивидуальность, спросив, что думает мой собеседник об этом. И Александр с этим не согласился.

«Это связано с модой и косметологией, — поясняет он. — Например, в соцсетях мы видим множество одинаковых лиц. Но это не вина хирургии. Это скорее результат трендов, которые диктуют блогеры. А в пластической хирургии важно сохранить уникальность пациента, подчеркнуть его лучшие черты».

На вопрос о будущем пластической хирургии - в частности, в Армении, - Александр ответил с энтузиазмом. Он рассказал о новой клинике, где сейчас работает.

«Мы создаём современное отделение пластической хирургии, — говорит он с гордостью. — Это не просто клиника, это место, где всё продумано до мелочей. Современные операционные, комфортные палаты, квалифицированный персонал. Здесь пациент чувствует себя как дома». Он добавляет, что одной из целей является привлечение пациентов из разных стран, что, собственно, уже активно происходит.

«Как тебе в целом работается в Армении?» — спрашиваю напоследок.

«Очень приятно, — отвечает Александр, улыбаясь. — Я вижу, как страна меняется, как сюда приезжают люди со всего мира. Здесь тёплые, доброжелательные люди, которые искренне хотят помочь. И это вдохновляет. Знаете, работать в таком месте — настоящее счастье. Мне хотелось бы, чтобы люди, которые живут здесь, в Армении получали достойный уровень пластической хирургии, высококлассной».

Лиана Агаджанян