От Chanel до Gucci: война ставит под вопрос рост рынка роскоши на Ближнем Востоке    

По мере того как конфликт дестабилизирует отдельные части Ближнего Востока, его волновые эффекты уже достигают региона роскоши, который стал важным драйвером роста для мировой отрасли, находящейся в затруднительном положении, пишет Vogue Business.

С момента ударов США и Израиля по Ирану последовавшие атаки в регионе привели к жертвам, закрытию воздушного пространства, отмене рейсов и предупреждениям для туристов покинуть территорию. Хотя большинство люксовых компаний предпочитают не комментировать ситуацию, в том числе о работе своих магазинов, Dubai Mall — ключевая точка роскошных покупок на Ближнем Востоке, где представлены такие бренды, как Alaïa, Gucci и Zegna, — остаётся открытой.

В Дубае, где шопинг является важной социальной активностью, власти стараются заверить жителей и туристов в их безопасности; наследный принц шейх Хамдан бин Мохаммед Аль Мактуум даже посетил торговый центр на прошлой неделе. В других странах, например в Бахрейне, после первых атак большинство магазинов было закрыто. City Center Bahrain, крупнейший торговый центр класса люкс в стране, временно закрылся на прошлой неделе, но затем магазины вновь открылись.

Chalhoub Group, ведущий ритейлер люксовых товаров на Ближнем Востоке с более чем 950 магазинами, заявляет лишь, что её комитет по управлению рисками и кризисными ситуациями остаётся «полностью активированным» для мониторинга ситуации.

До войны Ближний Восток считался «одним из немногих регионов роста для люксового сегмента в мире», говорит Ахим Берг, основатель независимого корпоративного аналитического центра FashionSights. Однако текущая ситуация, как и ожидалось, не стимулирует покупки. «Любые перебои, которые мы видим, будут негативными для люксовых компаний».

По оценкам Томаса Шове, главы отдела исследований люксовых товаров Citi, Ближний Восток обеспечивает примерно 5–6% мировых расходов на люксовые товары. Хотя цифра кажется небольшой в глобальном масштабе, рынок роскоши сильно зависит от региона, и некоторые бренды больше других. Так, по оценкам Citi, Richemont получает около 9% выручки из стран Ближнего Востока, а Swatch Group — примерно 10%. Доля расходов на часы и ювелирные изделия в регионе традиционно выше.

Хотя LVMH и Kering не выделяют отдельно показатели по Ближнему Востоку, в годовом отчёте LVMH за 2025 год указано, что 14% выручки приходится на «прочие рынки», включая Ближний Восток, тогда как Европа дала 18% выручки (без учета Франции). Kering сообщил, что 9% выручки в 2025 году пришлись на «остальной мир», включая Ближний Восток, отметив, что «продажи группы в остальном мире оставались стабильными и незначительно выросли на Ближнем Востоке».

«За последние несколько лет регион стал главным рынком роста отрасли, в резком контрасте с замедлением в Китае, Японии и большей части Европы», — говорит Шове. «Эта устойчивость отражает высокий спрос как со стороны местных клиентов, так и туристов, на которых, по нашим оценкам, приходится более трети продаж люксовых товаров на Ближнем Востоке».

С учётом того, что США советуют своим гражданам в таких странах, как Бахрейн и ОАЭ, «серьёзно рассмотреть возможность покинуть регион», а ЕС выпускает предупреждение о конфликтной зоне для «воздушного пространства Ближнего Востока и Персидского залива», туризм пока не является надёжным источником дохода для отрасли.

ОАЭ и Бахрейн приняли дополнительные меры, чтобы их граждане могли безопасно вернуться из-за границы. В ОАЭ также будут отменены штрафы за просрочку виз для туристов, которым придётся остаться до возможности снова путешествовать.

Совпадение конфликта с мусульманским священным месяцем Рамаданом — периодом высокой покупательской активности, называемым «Рамадан-спеш», — делает нарушение обычных экономических и социальных ритмов региона особенно заметным. Согласно отчёту Visa за 2025 год, за 10 дней до празднования Ид аль-Фитр (в этом году 19 марта) количество транзакций у продавцов одежды увеличивалось в 2,6 раза, поскольку потребители готовили наряды и подарки.

Даже для тех, кто готов тратить на люксовые товары, остаётся проблема поставок. Ормузский пролив, ключевой торговый путь, в значительной степени контролируемый Ираном, оказался в зоне ударов, и компании стремятся его избегать. Это может вызвать задержки поставок, а в некоторых случаях — отсутствие товаров на рынке, если компании решат не рисковать.

Для региона, на который многие бренды рассчитывали как на источник роста, это особенно сложное время. В отчёте Chalhoub Group за май 2025 года указано, что рынок персональных люксовых товаров в странах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ) в 2024 году достиг почти $13 млрд, вырос на 6% несмотря на глобальный спад. На моду приходилось 43% рынка.

По прогнозам Chalhoub, к 2027 году рынок персональных люксовых товаров на Ближнем Востоке может достигнуть $15 млрд при росте 6% в год. Основные драйверы: благоприятная макроэкономическая среда, высокая готовность тратить, стабильный туризм, развитие розницы и рост электронной коммерции. Однако теперь эти факторы ставятся под вопрос.

Лука Солка, управляющий директор Bernstein по люксовым товарам, добавляет, что рынок Ближнего Востока «стал столь же важным, как Япония». Он в основном зависит от расходов резидентов, даже в туристически насыщенных зонах вроде Дубая. По его словам, влияние «третьей войны в Персидском заливе» на результаты за первый квартал 2026 года «скорее всего, будет негативным».

«В очень грубом приближении можно предположить, что рынок сократится вдвое в марте», — говорит Солка, при этом глобальный спрос может упасть до 8%.

Конечно, многое зависит от того, что произойдёт дальше. «Если кризис продлится всего несколько недель, а затем наступит стабильность, это всё равно скажется на сезоне продаж», — отмечает Берг из FashionSights. «Если конфликт затянется или перерастёт в нестабильную ситуацию, вроде гражданской войны, ущерб будет значительно выше».

Большинство аналитиков пока не готовы делать выводы о долгосрочном влиянии конфликта на рост люксового сегмента на Ближнем Востоке, поскольку ситуация остаётся динамичной.

Солка склонен считать, что экономический ущерб будет ограниченным. «Мы считаем, что силы Израиля и США смогут быстро сдержать атаку Ирана и избежать глобальных экономических потрясений до конца марта. То, что на прошлой неделе акции энергетических и оборонных компаний перестали расти, а люксовые акции прекратили падение, похоже, подтверждает аналогичную оценку рынка».