21:46 16 октября, 2026Принц Гарри оказался в центре новой волны критики после выхода авторского курса о переживании утраты. Королевские эксперты обвинили герцога Сассекского в попытке заработать на смерти матери, принцессы Дианы, хотя сам он представил проект как возможность рассказать о личном опыте и помочь другим справляться с горем.
8 октября на платформе MasterClass вышел курс Гарри под названием Redefining Grief: Building Resilience Through Loss («Переосмысление горя: как обрести устойчивость после утраты»). В беседе с нейробиологом и специалистом по переживанию горя Мэри-Фрэнсис О’Коннор принц рассказал о том, как смерть матери в 1997 году повлияла на его жизнь.
Однако внимание публики привлекли не только откровения герцога, но и финансовая сторона проекта. По данным Daily Mail, Гарри получил за участие в курсе 100 тысяч долларов, а также договорился о доле в размере 30% доходов от подписок. При этом, согласно ранее опубликованным данным Forbes, подобные условия соответствуют распространенной практике оплаты работы преподавателей MasterClass.
Британская телеведущая и фотограф Хелена Чард в комментарии Fox News раскритиковала подход Гарри к публичным рассказам о семейной трагедии. По ее мнению, принц постоянно представляет себя жертвой обстоятельств, а интерес публики к Диане превращает в возможность заработать.
Чард также заявила, что подобные проекты усиливают обвинения в адрес герцога Сассекского, которого некоторые критики называют человеком, извлекающим выгоду из собственных связей и обстоятельств. Эти оценки отражают позицию эксперта, а не установленный факт.
В то же время источники Daily Mail призвали не спешить с осуждением принца. Один из собеседников издания отметил, что прежде, чем делать выводы, стоит посмотреть курс целиком, подчеркнув, что Гарри рассказывает о личном опыте и говорит искренне.
Принцесса Диана погибла в автокатастрофе в Париже в августе 1997 года, когда Гарри было 12 лет. С тех пор он неоднократно говорил о том, как тяжело переживал потерю матери и как долго пытался справиться с горем. Новый курс вновь поднял вопрос о границе между публичным разговором о личной трагедии и коммерческим использованием этой истории.