• Девочки с огромными глазами покорили мир: почему картины Ёситомо Нары стоят почти $25 млн

  Новая выставка художника в нью-йоркской галерее David Zwirner вновь привлекла внимание к его необычному творчеству. Это первая крупная персональная экспозиция Нары в Нью-Йорке почти за десять лет. На открытие, состоявшееся 5 ноября, поклонники выстроились в очередь длиной в два квартала. Некоторым пришлось ждать почти час, несмотря на дождь...

• Встреча и автограф-сессия в рамках фестиваля ReA: Сержу Аведикяну также вручили специальную награду

  С 7 по 14 ноября в Ереване проходит 18-й международный фестиваль анимационных фильмов и искусства комикса ReA (ReAnimania)...

• Ереванский международный театральный фестиваль «Shakespeare & Co.» в 18-й раз подвёл итоги

  При поддержке Министерства образования, науки, культуры и спорта РА с 4 по 10 ноября в Ереване прошёл 18-й международный театральный фестиваль «Shakespeare & Co.»...

• Три армянина вошли в список 34 влиятельных мужчин Лос-Анджелеса по версии Los Angeles Magazine

  Los Angeles Magazine включил сразу трёх представителей армянской общины в ежегодный список 2026 L.A. Man List, посвящённый 34 мужчинам, оказывающим влияние на культурную, деловую и общественную жизнь Лос-Анджелеса. Среди отмеченных изданием - сценарист и продюсер Сев Оганян, предприниматель в сфере гостеприимства Джон Терзян и адвокат в индустрии развлечений и кинопродюсер Ваган Епремян....

• Серж Аведикян: «Армянскому кино необходимо говорить на языке, понятном всему миру»

  Искусственный интеллект умён, но не так, как человек. Он сопоставляет информацию и пытается найти наиболее правильный способ ответить. Однако человеку не всегда нужно давать самый правильный ответ. Он должен отвечать через эмоции, через собственное, оригинальное восприятие...

• «Miatsum»: армянский рэп о независимости и реалиях современной Армении

  Особое место в клипе занимает Декларация независимости Армении от 23 августа 1990 года. Её полный текст появляется в видеоряде, начинаясь с исторических формулировок о праве народа на самоопределение и восстановлении исторической справедливости. Авторы клипа сопоставляют идеи, заложенные в Декларации, с тем, о чём говорят и переживают армяне сегодня...

• Боец UFC Мелсик Багдасарян снимется в новом боевике с Жан-Клодом Ван Даммом

  Армянский боец смешанных единоборств Мелсик Багдасарян присоединился к актерскому составу нового остросюжетного фильма KATANA, главную роль в котором исполнит Жан-Клод Ван Дамм, сообщает Armenian Film Society...

• Бессмертная классика в новых прочтениях: Ереван принимает XVIII Шекспировский фестиваль

  Сюжеты, которым больше четырёх столетий, вновь оживут на ереванской сцене, ведь 4 ноября в столице открывается XVIII международный театральный фестиваль Шекспира...

В Лос-Анджелесе  открылась выставка, посвященная жизни и творчеству армяно-египетского фотографа Ван Лео, чьи автопортреты предлагают тонкое исследование пола, расы и класса, пишет AnOnther. 

Желание навязчиво документировать себя часто понимается как современный феномен, вызванный необходимостью создавать убедительные визуальные образы в социальных сетях. Но задолго до того, как слово «селфи» вошло в лексикон, студийная фотография дала одному автопортретисту шанс стать самым выразительным из альтер-эго. Ван Лео псевдоним Левона Бояджяна, армяно-египетского фотографа,  который в 1930-х годах в Каире основал процветающую фотостудию.

Его серия автопортретов предлагает тонкое исследование пола, расы и класса, поскольку он легко и с юмором переодевается в разные костюмы и личности. Музей Хаммера в Лос-Анджелесе в настоящее время демонстрирует подборку работ, начиная с его первых экспериментов в студии в 1930-х годах, заканчивая его альтер-эго-практикой автопортрета и более формальной студийной работой, которая продолжалась до 1990-х годов.

«Работы Ван Лео предвосхитили грядущий бум селфи», — говорит писатель и куратор Негар Азими, которая работала над выставкой. «Еще в 1930-х годах, будучи подростком, он баловался возможностями самообновления камеры, экстравагантно экспериментируя с костюмом, обстановкой и светом, чтобы превратить себя в заключенного, Зорро, женщину, украшенную драгоценностями, наряду с десятками других личностей. Ван Лео полностью опередил свое время, но в то же время был явным продуктом своего времени: киноиндустрия со всем ее мощным воображением процветала, и он, молодой человек в Каире, был преданным ей».

На одном изображении 1940-х годов художник с короткими усами, в простом костюме и галстуке изображает традиционный образ формальной мужественности; другое фото 1937 года представляет собой цветное черно-белое изображение, на котором художник с розоватыми губами на мягком цветочном фоне; на темном портрете 1945 года Ван Лео хладнокровно курит сигарету в солнцезащитных очках. Среди его автопортретов есть также постоянно меняющаяся группа посетителей, от одетых в килт шотландских солдат времен Второй мировой войны до местных танцоров.

«Меня привлекают несколько изображений с комедийным уклоном: мужчина косит глаза; женщина с качающимся канделябром на голове; женщина, сфотографированная у подножия пирамид Гизы в лифчике и нижнем белье большого размера», — говорит Азими.

Первоначально Ван Лео был вдохновлен очарованием голливудских открыток, на которых запечатлены кинозвезды той эпохи в гламурных нарядах с драматическим освещением. Он собирал их в подростковом возрасте и вскоре после этого начал работать с профессиональным студийным фотографом, чтобы обслуживать приток иностранных путешественников и местных жителей. Он открыл студию со своим братом, а затем самостоятельно в 1940-х, экспериментируя с той же широкоформатной фотографией до своих последних работ в конце 1990-х.

«В определенных кругах Ван Лео известен как фотограф звезд, прославившийся тем, что запечатлел представителей египетской киноиндустрии, которые составляли Голливуд арабского мира», — говорит Азими. «Его образы Омара Шарифа, Шерихана, Рушди Абазы и других египетских звезд хорошо известны. Тем не менее, я обнаружил, что его портреты малоизвестных, начинающих актеров и актрис и даже обычных людей, имен которых мы не знаем, часто трогают меня больше всего. Они тлеют и пульсируют жизнью и желанием».

В своих изменчивых отношениях с камерой Ван Лео избегает какой-либо одной эстетики или тенденции, вместо этого принимая и прославляя способность переключаться между идентичностями, каждая из которых является такой же частью его личности, как и другая. Многие из его автопортретов бросали вызов жестким убеждениям своего времени. Хотя он получил признание критиков еще при жизни, Азими отмечает, что его окружала определенная мистика.

 «Как ни странно, некоторые египетские таблоиды 1950-х годов объявили, что он ездил в Голливуд, чтобы сфотографировать Кларка Гейбла, Ким Новак, Мэрилин Монро и других. В тех же статьях отмечается, что он влюбился в американскую наследницу. Абсолютно все это неправда. Происхождение этих статей с их фантастическим характером остается загадкой. Но это указывает на то, как его понимали в то время; как своего рода голливудскую загадку».

Следите за NEWS.am STYLE на Facebook, Twitter и Instagram