• Полвека в составе Национального филармонического оркестра Армении: история арфистки Жанны Ованнисян  

  Кстати, помимо музыкального образования, я ещё и физик. Да-да, не удивляйтесь. Родители считали, что музыка — для души, а получить более «конкретную» профессию необходимо...

• «Антихрист едет в Ереван»: В Армении требуют отменить концерт Моргенштерна

  19 декабря в Ереване должен выступить Моргенштерн. До концерта несколько месяцев, но спорят о нем уже так, будто речь идет не о музыкальном вечере, а о судьбе страны. Артиста называют угрозой «христианским ценностям Армении»...

• «Кинематографичная, космополитичная, восхитительная»: Vogue France рассказал о свадьбе в Армении

  Что получится, если армянские свадебные традиции встретятся с культурой Вьетнама, Камбоджи и Китая? Сара-Мей Нго и Георгий Амбарцумян превратили свою свадьбу в кинематографичную историю, где переплелись семейные традиции, французская мода, музыка Шарля Азнавура и армянская культура. Эту необычную историю теперь подробно рассказал французский Vogue...

• «Отношение души к душе»: как в Ереване открывали Дни духовной культуры России

  30 сентября в Русском драматическом театре имени Станиславского в Ереване открылись Дни духовной культуры России в Армении. Вечер начался с пресс-подхода. Перед журналистами выступили специальный представитель Президента России по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой и художественный руководитель Академического Большого хора «Мастера хорового пения» Телерадиоцентра «Орфей» Лев Конторович...

• Секс как эликсир молодости: как миллиардер Галуст Гюльбенкян пытался продлить жизнь с помощью конвейера любовниц  

  Галуст Гюльбенкян вошел в  историю как гениальный предприниматель и филантроп. Однако его личные архивы, рассекреченные в Лиссабоне, и детальные исследования современных биографов (таких как Джонатан Конлин) рисуют портрет глубоко порочного, деспотичного и психически нездорового человека...

• По ту сторону континента: зарубежные писатели об Армении

  Зажатые между сталкивающимися империями, между враждующими религиями и идеологиями — на самом перекрестке истории — армяне каким-то образом выжили вопреки всему...

• «Я нашла своего Аватара»: Наталья Ротенберг призналась в любви к Bentley

  Наталья Ротенберг продемонстрировала свою любовь к автомобилям класса люкс и призналась, что давно испытывает особую слабость к британскому бренду Bentley...

Армянский режиссёр, проживающий в Москве, Сарик Андреасян на своей странице в Instagram обратился к жестокому преступлению против армян в Османской империи в 1915 году и посвятил свою публикацию предкам и своему народу, ставшим жертвами Геноцида армян.

«Сегодня – День памяти жертв Геноцида. Важный день для всех армян мира», – начинает Андреасян свою запись.

«В каждом из нас живёт карта, которую невозможно начертить на бумаге. Карта дорог, проходящих через Сирию, Ливан, Константинополь, Тифлис, Ереван… Карта, где вместо городов – взгляды, вместо дорог – оборванные нити родства. Наши гены помнят запах абрикосовых косточек, сжатых в кулаке, вкус солёного хлеба в порту Бейрута и горький привкус металла – от монет, данных в дорогу.

Мы – народ-палимпсест. На древнем, глубинном слое – клинопись царей и хачкары, поверх – чернила изгнания, ещё выше – карандашные следы советской эпохи, а над ними – яркие, почти кричащие мазки диаспоры. И все эти слои не стирают друг друга, а просвечивают сквозь. Иногда в чьих-то глазах видишь не только карий цвет, но и отблеск огня, у которого две тысячи лет назад сидели мои, твои, наши пра-пра-предки.

Геноцид не уничтожил нас. Но он вырезал в нашем коде особый ген – ген отсутствия. Отсутствия дома, который остался там, за границей. Отсутствия могил предков, которые никто не может посетить. Отсутствия целых ветвей родового древа, обрубленных в 1915 году. И этот ген отсутствия делает наше присутствие в мире таким пронзительным, таким яростным, таким творческим. Словно мы должны постоянно доказывать самим себе, что существуем – каждым словом, каждым камнем новой церкви, каждым ребёнком, каждым стихотворением.

Мы живём, неся в себе эту странную двойную ношу – тяжесть тысячелетий и лёгкость (или невозможную тяжесть) тех, в чьей крови не осталось ничего, кроме этой памяти.

И, возможно, в этом и есть наша сущность – быть мостом между тем, что было, и тем, чего нет. Между Араратом, который виден, и Араратом, который находится за колючей проволокой. Мечтать о горе, которая живёт в наших генах, и строить дом там, где стоят наши ноги.

И эта память – не музейный экспонат. Это воздух, которым мы дышим. Даже когда молчим.

Никто не забыт. Посвящается моим предкам, погибшим от рук Османской империи, и моему народу», – добавил режиссёр.

Следите за NEWS.am STYLE на Facebook, Twitter и Instagram