• Швеция сходит с ума по миллиардерам: как страна IKEA и скромности открыла для себя «порно богатства»

  Еще недавно Швеция ассоциировалась с равенством, умеренностью и знаменитым принципом Jantelagen — негласным правилом, согласно которому никто не должен считать себя лучше других. Но сегодня страна переживает настоящий бум миллиардеров, а роскошные особняки, состояния и образ жизни сверхбогатых все чаще становятся объектом почти болезненного интереса, пишет Conversation...

• Британка вернула себе титул рекордсменки Гиннеса, молниеносно съев бурито за 30 секунд

  Британка вернула себе титул рекордсменки Книги рекордов Гиннеса, справившись с большим бурито всего за 30,75 секунды...

• Знаменитые бордели Невады продают выставили на продажу за $33,9 млн  

  Три самых известных борделя Америки официально ищут нового владельца..

• Лицемерные миллионеры против миллиардеров: новый тренд в Голливуде  

  Для мультимиллионеров из мира селебрити публичные нападки на миллиардеров стали новым способом продемонстрировать свою «правильную» гражданскую позицию, пишет NYP...

• iPhone из 1937 года: Картина возрастом почти 90 лет породила дикий конспирологический миф  

  Картина почти девяностолетней давности вызвала бурное обсуждение в сети и породила странную конспирологическую теорию: пользователи соцсетей уверены, что коренной житель, изображенный на полотне, держит в руках современный смартфон, пишет NYP...

• Ревность к пикселям: В соцсетях разгорается скандал из-за «романтических» функций в GTA 6

  Девушки, невесты и жены по всему миру массово объявляют бойкот игре, утверждая, что виртуальные романы с главной героиней Люсией приравниваются к реальной измене...

• Трое мужчин из Берлина женятся друг на друге — но секса между ними нет: «Мы просто очень любим друг друга»

  Они живут вместе, но не являются парой. Они носят обручальные кольца, но не собираются заниматься сексом. А теперь решили сыграть свадьбу. Трое друзей из Берлина — Карам Нвилати, Кристиан Найденов и Сантери Лехтонен — сделали дружбу главным союзом своей жизни, пишет Independent...

• «Мы пошли ко дну, как «Титаник»»: молодожены рухнули в реку прямо во время свадебной фотосессии

  46-летние Джейми и Мишель Уэйд позировали фотографу, стоя в каноэ на реке Буре в английском графстве Норфолк, когда потеряли равновесие и вместе оказались в воде...

Активность в соцсетях кандидата в Сенат США Абдула Эль-Сайеда вызвала новую волну дискуссий о связи между физической привлекательностью и успехом в политике, пишет El Pais.

«Прически, одежда, обувь, общее телосложение и всё в таком духе» составляют неписаные законы, на которых зиждется государство, писал Платон в своем философском труде «Государство». Тем самым он доказал, что еще в 375 году до нашей эры физический облик политиков играл фундаментальную роль в их власти и влиянии.

В книге «Тело Линкольна» Ричард Фокс исследовал, как внешность Авраама Линкольн — которого пресса часто называла некрасивым — отразилась на его карьере и политическом наследии. Фокс пришел к выводу, что сегодня на выборы практически не баллотируются люди с отталкивающей внешностью.

В пользу Линкольна играло то, что ему не приходилось соревноваться в телевизионных эфирах. Позднее это сыграло злую шутку с Ричардом Никсоном во время дебатов с Кеннеди: те, кто слушал дебаты по радио, посчитали победителем республиканца, тогда как телезрители отдали предпочтение его оппоненту.

Когда эксперты и стилисты посоветовали бывшему премьер-министру Испании Мариано Рахою изменить имидж, он ответил: «У каждого такое лицо, какое есть, и моему трудно помочь».

Как отмечала Пилар Портеро из EL PAÍS, в обществе широко распространено мнение, что женщины голосовали за экс-премьеров Испании Адольфо Суареса и Фелипе Гонсалеса из-за их сексапила. Помимо закрепления идеи о том, что внешность в политике имеет решающее значение, это убеждение глубоко сексистски подразумевает, будто женщины не смотрят глубже очевидного и лишены критериев оценки.

Физическая привлекательность и ее роль в политике

Сегодня мощное телосложение Абдула Эль-Сайеда, кандидата от демократов в Сенат США от штата Мичиган, не осталось незамеченным. «Фишка Абдула Эль-Сайеда в том, что он горяч. Посмотрите на его руки. Посмотрите на развитый плечевой пояс», — написал один из пользователей в соцсети X.

Другой возразил: «Чувак просто качается в зале, и это повод голосовать за него на политический пост?»

«Сексапильность — это, конечно, здорово, но этот мужчина — врач, человек из народа и очень сострадательный лидер. Я не думаю, что его стоит списывать со счетов только потому, что он привлекателен», — ответил пользователь в той же ветке.

Другим политиком, чья внешность постоянно привлекает внимание, стал Зоран Мамдани, чью привлекательность неоднократно комментировал Дональд Трамп. Когда мэр Нью-Йорка беседовал с журналом Rolling Stone и его спросили о постоянных комплиментах Трампа по поводу его привлекательной внешности, он смущенно смеялся несколько секунд, прежде чем ответить: «Спасибо?»

Мигель Анхель Мартин Бланко, профессор Университета Саламанки и исследователь из Diacronía, отмечает: очевидно, что в любой политической коммуникации, особенно в обществах, где доминируют аудиовизуальные средства, образ сильно влияет на исход голосования и в конечном итоге определяет его.

«Спорным может быть лишь то, что именно общество — или определенная его часть в конкретных политических обстоятельствах — считает "красивым", "привлекательным" или "соблазнительным", — поясняет он. — Очевидно одно, на что указывали такие семиотики, как Умберто Эко и Юрий Лотман: уродство всегда ассоциируется с тем, кто назначен "врагом", поскольку люди, как отмечал еще Платон, склонны связывать красивое с добродетельным и хорошим».

«В этом смысле, создавая образ противника, мы стремимся демонизировать его, наделяя отталкивающими физическими чертами, которые оправдывают наше моральное отторжение. Доказательство тому — политическая пропаганда времен конфликтов и войн: оппонент всегда изображается чудовищным, мерзким или демоническим. Или, в лучшем случае, с фальшивой сердечностью, маскирующей зло».

Журналист Жоан Калларисса уподобляет современных политиков инфлюенсерам: «В конце концов, запоминается тот кандидат, чье лицо гипнотизирует и привлекает вас. При нынешнем уровне разочарования в демократии и абсентеизма на выборах привлекательность помогает хотя бы заявить о политике миру. Возможно, к нему прислушаются и проголосуют охотнее, чем к человеку с более ординарной внешностью». При этом он подчеркивает, что речь идет скорее об общем обаянии, чем о классической красоте.

«Есть красивые люди, но не притягательные. [Премьер-министр Испании] Педро Санчес сейчас — лучший посол этого принципа: есть и другие симпатичные политики, но им не хватает его шарма и магнетизма».

Эффект ореола

В основе этого лежит хорошо известный феномен, называемый эффектом ореола. Его объясняет Игнасио Мартин Гранадос, политолог, консультант и директор по коммуникациям аппарата президента Совета по ядерной безопасности Испании (CSN): «Политическая психология показывает, что мы склонны приписывать физически привлекательным людям такие качества, как интеллект, лидерство и компетентность».

При этом эксперт добавляет, что в условиях очень жесткой борьбы первое впечатление может склонить чашу весов — особенно среди наименее информированных избирателей — однако удерживают поддержку именно лидерство и реальная надежность.

Новый канон красоты

Говоря о Мамдани и Абдуле Эль-Сайеде, важно учитывать, что оба они отвечают новому стандарту красоты, сформированному глобализированным миром. Мартин Гранадос подчеркивает, что политика отражает социальные перемены, и канон политической эстетики расширился.

«Десятилетиями преобладал очень конкретный идеал лидера: мужчина, белый, западный, с определенной эстетикой, ассоциирующейся с кланом Кеннеди, — говорит он. — Сегодня общества гораздо более разнообразны, а следовательно, разнообразны и политики. Тот факт, что гражданин видит в кандидате отражение самого себя, усиливает чувство демократического представительства. При этом социальные сети расширили спектр, и харизматичность перестала зависеть от соответствия какому-то одному канону красоты».

По мнению Мигеля Анхеля Мартина, примечательно то, что на фоне роста антииммигрантских настроений, теорий заговора и восприятия ислама значительной частью западного общества как угрозы, такие фигуры, как Мамдани и Садик Хан, остаются невероятно популярными, руководя Нью-Йорком и Лондоном — двумя важнейшими мегаполисами мира.

Макияж, стиль и стратегия

Задаются ли политики и их пиар-команды целью подчеркнуть свои физические достоинства? Имиджмейкер Марта Понтну отмечает: «Команды по коммуникациям всегда ищут в политике позитивные стороны, оценивая манеру общения, жестикуляцию и подачу в видео. С помощью гардероба можно скорректировать образ под конкретную аудиторию. Изменение таких деталей, как очки, прическа или одежда, влияет на невербальную коммуникацию и может перетянуть голоса на свою сторону».

Как указывает Мартин Бланко, крайне важно уметь декодировать транслируемый образ, ведь универсальной волшебной формулы не существует. «В наши дни, когда политика постоянно подвергается дискредитации, критически важно передавать определенную степень подлинности, — поясняет он. — Дело не в том, чтобы соответствовать готовому лекалу, а в том, чтобы рисковать и преподносить себя без лишней искусственности. Хотя сама эта естественность требует огромной работы и стратегии».

Мартин Гранадос добавляет, что имидж — это почти такая же часть политической коммуникации, как речь или цифровая стратегия: «Учитываются одежда, прическа, освещение, поза, мимика и даже жесты. Цель состоит не в том, чтобы выглядеть смазливее, а в том, чтобы казаться убедительнее — передавать близость, уверенность, энергию или авторитет в зависимости от профиля кандидата. Ключ к успеху — в гармонии образа с реальной личностью политика, ведь фальшь всегда играет против него».

Политики открыто заигрывают со своей внешностью. Выступая перед сторонниками в Детройте в 2020 году, Барак Обама признал, что вести кампанию стало сложнее: «И не только потому, что я постарел и поседел», — пошутил он под смех зала. Затем он повторил слова одной из зрительниц: «Она сказала, что я отлично выгляжу».

Многие политики уже не скрывают, что ухаживают за собой. Отвечая на вопрос журналиста о внешности, каталонский политик Габриэль Руфиан признался, что пользуется увлажняющим и антивозрастным кремом, а иногда и легким тоном: «Несколько лет назад меня сфотографировали после бессонной ночи, и пресса написала: "Габриэль Руфиан, возможно, болен". Я сказал: "Никогда больше". Я наношу немного макияжа, иначе это будем уже не мы». Он добавил, что Педро Санчес также всегда пользуется гримом: «Любой ответственный публичный человек пользуется макияжем».

По словам Жоана Калларисы, красота влияет на мужчин-политиков совсем иначе, чем на женщин: «Мужчине-политику смазливость идет на пользу, в то время как красивая женщина-политик нередко сталкивается с тем, что ее внешность начинает работать против нее».

Игнорировать внешность и эстетику в политике наивно, и Дональд Трамп изрядно это понимает. Однажды он заявил, что Джон Ф. Кеннеди был «вторым по привлекательности президентом США». На логичный вопрос «а кто же первый?» у нынешнего лидера, известного своей любовью к самолюбованию, нашелся вполне предсказуемый ответ.

Следите за NEWS.am STYLE на Facebook, Twitter и Instagram