• Армянский актер Самвел Тадевосян снялся для новой кампании Dior Men

  Кампания вышла под слоганом A Study in Precision - «Исследование точности» - и построена вокруг безупречного кроя, строгих линий и внимания к деталям...

• «Вы свои проблемы не проработали и переносите на Гаспара»: Гоар Аветисян раскритиковали за диету шестилетнего сына

  Гоар Аветисян снова оказалась в центре внимания из-за  веса. На этот раз речь идет не о ее собственном теле, а о шестилетнем сыне Гаспаре. Визажистка показала, как мальчик взвешивается, и рассказала о его питании. На весах ребенок увидел 38,9 килограмма, после чего Аветисян подписала публикацию: «Диета… день второй… у нас привес»...

• В поисках человека. Беседы с Зарой Аджемян: Фотограф и художник Илья Варданян — об Армении, творчестве и мире в эпоху ИИ

  Этот разговор сознательно не задумывался как интервью. Для нас свобода общения была важнее жанровых рамок. Получилась дружеская беседа, которая всё время ускользает от готовых формулировок: от глянца — к творческой свободе, от профессионализма — к безответственности, от Еревана 90-х — к искусственному интеллекту, от сомнений — к поиску и, наконец, от памяти — к разрушению, которое и оказывается способом сохранения...

• Армянский стиль в лицах: от тосканского шика до пляжного дерзкого вайба

  Лето в самом разгаре, и армянские модницы точно знают, как приковать к себе все взгляды на побережье. Этот пляжный сезон объединил в себе изящный тосканский шик и смелый, горячий вайб. В этот раз мы разберем, как сочетать яркие тренды, оставаясь утонченной, и как выглядеть максимально сексуально, женственно и без капли вульгарности...

• Искусственные «альфа-самцы» захватывают Facebook  

  Добро пожаловать в новую реальность соцсетей, которую исследователи метко называют «подземелием цифрового мусора» на Facebook...

• От музыкальных сцен до гоночной трассы: известный скрипач Сергей Хачатрян блеснул в автоспорте

  Всемирно известный скрипач Сергей Хачатрян в очередной раз показал, что его талант не знает границ...

• Как искусственный интеллект может разрушить вашу жизнь: от измен до утечки личных данных

  Будь то тайный роман или строго конфиденциальные медицинские проблемы, у каждого найдется то, что хотелось бы скрыть от посторонних глаз. Однако эксперты предупреждают: искусственный интеллект (ИИ) готов выставить на суд общественности самые темные секреты пользователей, пишет Daily Mail...

• Канадка променяла людей на ИИ-бойфренда: секс с ботом лучше, чем с любым реальным мужчиной

  41-летняя Сара Гриффин из Канады нашла свою любовь в лице искусственного интеллекта. По ее словам, роман начался неожиданно: женщина использовала ChatGPT для обсуждения прочитанных книг и поиска литературных рекомендаций, но вскоре заметила у бота «характер» и очаровалась им, пишет Daily Star...

Если вы уже успели посмотреть нового «Супермена» 2025 года, знайте – над его анимацией работал и наш соотечественник. За эпизодами с роботами, сценой боя и отдельными кадрами стоит имя Акоба Мурадяна – художника, который никогда не мечтал стать аниматором… до тех пор, пока однажды не зашёл в TUMO.

В беседе с NEWS.am STYLE Акоп признался: ему было 16, когда он впервые открыл для себя анимацию – и это было то самое редкое совпадение, когда всё внутри человека говорит: «Вот оно. Это – моё». И вот, сегодня Акоб работает над международными проектами, среди которых и амбициозные игры, и голливудские фильмы.

«Позже, когда уже начал применять полученные знания, мне предложили работать там тренером-наставником. А спустя некоторое время я вернулся туда как преподаватель по анимации», - делится Мурадян.

«Роль Тумо в моей карьере – и не только в моей, а в судьбах тысяч других – невозможно описать словами, потому что она колоссальна. Там не только дают знания – там ты учишься самообразованию, а это, пожалуй, самое важное умение, которое можно приобрести как профессионал».

Когда и как произошёл переход от студенческих проектов к крупным международным фильмам и трейлерам? Помните свой первый серьёзный шаг?

Мой первый анимационный проект был в студии имени легендарного аниматора Роберта Саакянца. Там, под руководством Давида и Айка Саакянцев, я работал над созданием мультфильма «Ананит». После этого я вернулся в Тумо уже в роли преподавателя по анимации.

Но мой настоящий выход в мир международной анимации начался с обучения в Griffin Animation Academy, где моим наставником был Эдди Чу – человек, работавший над такими фильмами, как Spider-Man: Into the Spider-Verse, Man of Steel, Transformers и другими. Получив от него невероятно много знаний, я подал заявку в студию MPC в Канаде, которая занимается визуальными эффектами для голливудских фильмов. Мне повезло – меня приняли, и я переехал в Канаду.

Вы работали над десятками проектов – от «Ведьмака» и «Трансформеров» до «Супермена 2025». Что было самым трудным и самым волнительным моментом в Вашей карьере?

Каждый фильм занимает особое место в моём сердце. У всех есть свои кайфовые и не очень стороны. Но если выделить, то самый сложный проект пока ещё не вышел и даже не анонсирован, так что, увы, я не могу назвать его.

А вторым по сложности был Transformers – там было очень много как творческих, так и технических задач. Машины превращались в роботов и обратно, и всё это мы анимировали покадрово – это было невероятно интересно.

А самый волнительный опыт – это два фильма, которые для меня стоят на одном уровне. Первый – Гладиатор II, над которым мы работали вместе с легендарным Ридли Скоттом. Это был очень важный фильм для меня. А второй – The Gorge. Причина особой значимости в том, что анимационный супервайзер этого фильма ранее работал над «Властелином колец», и каждое его замечание для меня было огромной возможностью учиться.

Давайте немного поговорим о «Супермене». Над какими сценами Вы работали и какие задачи стояли перед Вами в этом проекте? Что на самом деле скрывается за кадрами супергеройских блокбастеров?

Когда я начал работать над Суперменом, это был мой последний месяц в студии Framestore, которая занималась визуальными эффектами фильма. Поэтому, к сожалению, мне довелось поработать над ним совсем недолго.

Но расскажу одну интересную деталь. Когда я впервые открыл файл фильма, чтобы посмотреть, какую сцену буду анимировать, увидел там Анжелу Сарафян. И в голове сразу: «Вау, наша Анжела играет в Супермене!». И потом пять месяцев не мог никому об этом сказать!

Я успел анимировать шесть сцен – обязательно ими поделюсь, когда получу разрешение. В основном это были сцены сражений с участием роботов и персонажа-инженера.

Хорошая анимация требует огромного объёма знаний и опыта: наблюдательности, актёрского мастерства, понимания физики, химии – всего, чего угодно. Потому что мы анимируем жизнь, и чтобы анимация была правдоподобной, её нужно тщательно изучить. Поэтому часто перед началом анимации мы сами снимаем, как выполняем нужные движения, анализируем, как всё работает, и только потом переносим это в персонажей.

Один гениальный аниматор однажды сказал: аниматоры – это актёры, только с карандашом в руке. То, что другие играют на экране, мы заставляем играть наших персонажей.

Говорят, чем больше звёзд в актёрском составе, тем сложнее работа аниматоров и художников. Так ли это? Влияет ли актёрский «вес» на производственный процесс?

Совсем нет. Более того – это даже вдохновляет. Потому что игра твоего персонажа, его анимация, должны соответствовать уровню актёрского мастерства.

Если смотрели Супермена – все обожают пса Крипто. Почему? Потому что помимо реалистичной анимации, у него классный характер и он отлично «играет» свою роль – наравне с актёрами.

Первый подобный опыт у меня был, когда я работал над Пиноккио от Disney, анимируя самого Пиноккио в сценах с Джеппетто в исполнении Тома Хэнкса. И когда в конце проекта у нас была видеосвязь с режиссёром фильма Робертом Земекисом, он сказал, что самый большой комплимент, который он может нам сделать – это назвать нас отличными актёрами.

Как, на Ваш взгляд, сегодня устроен внутренний мир кино? Кто на самом деле принимает ключевые творческие решения – режиссёр, продюсер, студия, маркетинг или алгоритмы?

Создание фильма – это как огромный организм, или, если хотите, система, в которой каждый важен и у каждого есть своя роль. В среднем над одним фильмом работают от 2000 до 3000 человек. И сказать, что кто-то один важнее остальных – будет неправильно. Режиссёр, конечно, стоит наверху этой иерархии. Но если спуститься по цепочке вниз, то труд каждого человека вносит свой вклад в конечный результат.

Маркетинг тоже невероятно важен. Люди должны знать о фильме, чтобы пойти его смотреть. Без хорошей рекламы даже лучший фильм в мире не доберётся до широкой аудитории. Если коротко: творческая и логистическая части производства крепко связаны друг с другом – без взаимной поддержки они не работают.

Вы уже сталкивались с искусственным интеллектом в своей сфере? Используют ли его аниматоры? Воспринимается это положительно или пока считается «грязным трюком»?

ИИ сейчас везде. Даже простой поиск в Google – уже взаимодействие с ИИ.
В киношной работе многие процессы автоматизированы, есть инструменты, которые помогают ускорить результат.

Но тот ИИ, который мы сейчас видим повсеместно в интернете – он пока очень далёк от того, чтобы реально влиять на производство фильмов. Приведу пример из анимации: при работе над одной сценой мы получаем кучу правок – детали, уточнения, корректировки. А тот ИИ, который «гуляет» в интернете, пока просто не умеет быть настолько гибким. Хотя я верю, что через 5–10 лет он, возможно, будет применяться повсеместно.

А лично Вы как относитесь к ИИ в анимации? Это угроза профессии или просто новый инструмент, как когда-то Photoshop?

Я избегаю использования ИИ при любом удобном случае. По моему мнению, люди не рождаются с креативным мышлением – оно развивается годами, через повторение, через труд, через преодоление задач и поиск решений.

В какой-то момент ты начинаешь отличать красивое от некрасивого, быстро понимать, что работает, а что нет. ИИ отнимает у тебя этот инструмент развития – практику, рутинную работу. И моя тревога – это молодое поколение. Они хотят быстрых результатов, идут лёгким путём, не развивают своё мышление – и в итоге мы получаем армию посредственных специалистов.

Так что, если коротко: для опытных профессионалов – это хороший инструмент, для новичков – это большая беда.

Многие зрители сегодня жалуются: «Раньше графика была лучше, а сейчас всё как пластмасса». Почему так, если у нас есть миллионы долларов и супертехнологии? Это правда? И если да – почему так получилось?

У нас сегодня есть и отличная графика, и очень плохая. То же самое можно сказать и о прошлом.

Но соглашусь: визуальные эффекты, например, в Пиратах Карибского моря до сих пор выглядят потрясающе. Это связано с тем, что режиссёр и студия-клиент тогда осознавали – качественные визуальные эффекты и анимация требуют времени.

Сегодня спрос на фильмы очень высокий, постоянно запускаются проекты, которым требуются визуальные эффекты. И во многих случаях художники просто не успевают сделать то, что могли бы, – из-за нехватки времени и бюджета.

Вы участвовали в ReAnimania. Как Вы относитесь к армянской анимации и кино? Видите ли точки роста, потенциал или же больше проблем?

С основателем ReAnimania Врежем Касуни я хорошо знаком и очень его уважаю. Этот фестиваль делает огромное дело для армянской анимации, и я очень рад, что он существует. Я стараюсь быть вовлечённым в фестиваль настолько, насколько позволяет время.

Что касается армянской анимации – она сейчас на пути роста. Я вижу много позитивных изменений, и на международных, и на местных платформах, и это меня безумно радует.

Беседовала Лиана Агаджанян

Следите за NEWS.am STYLE на Facebook, Twitter и Instagram