• Не родись красивой: 4 трагичных смертей самых ярких блондинок Голливуда  

  Навсегда вошла в историю как мировой секс-символ․․․

• Exclusive: «Вива, Айастан!» под звуки самбы- зрелище пробирающее до мурашек (фото/видео)

  Карнавал Сан-Паулу транслировался на 140 стран мира...

• Увидимся в СССР! «Людей сейчас можно удивить лишь прошлым»: Айк Бианджян

  Чистая ностальгия и никакой политики...

• Краситься или нет – вот в чем вопрос

  Одна моя приятельница никогда не выходит из дома без макияжа...

• Записки бывшей эмигрантки: Поиск работы и особенности армянских «офисов» в Москве

  Найти работу в Москве эмигранту не так легко как кажется нашим соотечественникам на родине предков…

• Записки бывшей эмигрантки: Правила поведения в Москве

  Москва агрессивна, она бурлит день и ночь, и тут действует закон джунглей…

• Моя история: «Он бросил меня с двумя детьми. Не знаю, что мне делать…»

  Если бы года 2 назад мне кто-то сказал, что сегодня я окажусь в такой ситуации, я бы рассмеялась в ответ...

• Моя история: «Брошь» (часть III)

  Девочка посмотрела доверчивыми глазами на Анри, улыбнулась и тихо взяла его за руку...

«Брошь» (часть I)

Через два месяца после их встречи он увидел ее во дворе. Офелия изменилась, стала какой-то потухшей, выглядела больной.Ему опять стало ее жалко. Он решил с нею поговорить и объяснить, что между ними ничего не может быть. Она, выслушав его, сказала одну фразу: «Я беременна».

Свою ярость Анри помнит как сейчас, ведь он собирался вот-вот объявить о своей помолвке с дочерью заместителем минздравохранения, а тут эта пузатая моль нагло говорит о какой то беременности? Вне себя от злости Анри затолкал ее в машину, сел за руль и, шипя от злости, отвез ее в больницу. Аборт и ничего другого!

Офелия царапалась и вырывалась как могла, но Анри парой оплеух привел ее в чувство. «Слушай сюда, -сказал он металлическим голосом,- врач - мой друг, тебя просто прочистят, и ты сможешь жить спокойно. Ребенок будет тебе только мешать, а так я дам тебе немножко денег, и ты сможешь начать жить для себя. Снимешь квартиру, найдешь работу. У тебя всего лишь 9-недельная беременность, тебя прочистят и ты будешь свободна.

Офелия плакала, ее крик стоял по всей больнице. Она умоляла не трогать, не убивать ее ребенка. Захлебывалась от слез и криков. Затем ее крики умолкли . В операционной настала тишина. Наверное, наркоз... Тишина повлияла на Анри отрезвляюще.

Кто он, чтобы решать кому жить, а кому нет? Хотя, с другой стороны, кто она? Всего лишь безродная бродяжка, какая у нее может быть судьба?

На часах берлинского аэропорта было 02.06 ночи. Дождь хлестал по стенам аэропорта жестко и яростно. Анри заказал себе еще коньяка, и воспоминания медленно, словно туман, окутывали его.

Офелия умерла через месяц. Анри в это время был со своей невестой в Анталии, отдыхал. Говорили во дворе, что это был результат неудачного аборта, заражение крови. Анри сначала даже не придал этому значения. Но постепенно, час за часом, день за днем, он начал осознавать весь груз того, что произошло. Он детально вспоминал тот единственный день, который она провела с ним. Ее счастье, ее радостные глаза.

Она часто являлась во сне с ребенком и протягивала ему его ребенка. Это была девочка, с такими же зелеными глазами. Но эти глаза были пусты и безжизненны. Он просыпался в холодном поту.

Он уже давно забросил свою врачебную практику, с женой не заладилось. Отца жены уволили через месяц после их свадьбы. Он уехал из Еревана жить в Израиль. И вот недавно его по соцсети нашла молодая женщина с их старого двора, и попросила о встрече. Она была подругой Офелии. И у нее было письмо от Нее.

Анри, жестом подозвав официанта, заказал еще виски. Письмо от Офелии. Через долгих десять лет, десять лет персонального ада (почти каждую ночь он видел ее во сне, она всегда была спокойной, милой, задорной). И она, смеясь, передавала малышку ему и улыбалась. Говорила малышке: «Это твой папа, он никогда не причинит тебе вреда. Он смотрел на ребенка и видел синее лицо и стеклянные глаза. От этого он просыпался в поту и не мог больше заснуть».

Сегодня его сердце билось сильнее обычного. Он не знал, что в ее письме. Может, она проклинала его, а быть может и прощала. Он не знал. Но то что, больше так не мог жить, это было ясно.

На часах было ровно 03.00. Ливень не прекращался. К столику подошла женщина, в черном плаще. Ее лицо было ему знакомо, но кто она, он не мог припомнить.

«Анрин дук ек?»- спросила женщина его на армянском. «Да, это я, Анри«», - ответил он. «Это вам», - она передала ему конверт, и еще раз посмотрев ему пристально в глаза, резко повернулась и отошла.

Старый конверт остался лежать на столе...

Продолжение следует…

Автор: Николь Овнкян

Грамматика, орфография и стиль автора сохранены

Следите за NEWS.am STYLE на Facebook, Twitter и Instagram